Схожу-ка я в гости в Заповедник Сказок, ведь Хранитель мне прислал душевное персональное приглашение на сказки с рисунками. Да не одна пойду, а вместе с Маричкой. Во-первых, вдвоем веселее, во-вторых, бдеть буду, за талантливым художникам глаз да глаз нужен, чуть что к другому сказочнику дëру даëт. Сказку Хранителю опять несу не сказочную, а правдивую, на реальных фактах основанную, можно сказать, местами стибренную у великих классиков. Но некоторые истории с детства оставляют зарубки на сердце и так глубоко западают в душу, что не забудешь, не соскребешь, метлой не выметешь, так и влияют, так и влияют…
Письма издалека

( Писать письма дальше... )
достатка,

Inga Moore «Шесть мисок с едой для кота»
( Желать дальше... )
С сожалением и глубоким почтением представляю вам истинного автора, у которого я работаю всего лишь удобным и мягким матрацем.
Большая Одинокая кошка держит в лапах пушистый одуванчик и, положив голову на плечо своего друга, тихонько улыбается и мурлычет в душе. А Кот-Которого-Нет ласково обнимает ее хвост своим. Над ними порхают неслышно Бабочки Последней Надежды, а где-то внизу перешептываются и качаются на ветру ромашки… Трудно быть богом...
Демяург
– Кис, а кис, ты не забыл создать, этих, как их, бабочек? Ну, чтобы я могла их ловить.
– Да созданы твои бабочки, созданы, вон летают.
***
Мне бы хотелось верить. Только так можно найти объяснение людской глупости, красоте, наивности, мудрости… И обязательно, обязательно, чтобы душа эволюционировала. Тогда можно дышать, говорить, думать – жить, не замирая от ужаса и отчаяния, что не успеешь, не сможешь, не получится. Тогда способен принять и понять старость, болезни, предательство, одиночество. Говорят, двенадцатая жизнь – жизнь светлого колдуна, тринадцатая – темного. Говорят… но лучше я вам расскажу сказку. Очень светлую, очень красивую и очень грустную.
Его Величество Нигде
